Ученые вплотную приблизились к пониманию того, как работает наша психика. Это поможет нам понять самих себя, построить экономику без кризисов и в конечном итоге сделать людей счастливее.

Крах теории свободы

До 1929 года человечество чувствовало себя вполне счастливым. Нет, конечно, и войны, и эпидемии, и несчастная любовь… Но главное — люди точно знали, что в мире главенствует наука, а она поможет описать математически, разложить на формулы и устроить к лучшему абсолютно все — от эпидемий до несчастной любви.

Примерно так же люди думали про экономику. Главенствующей экономической теорией считалась концепция свободного рынка, которая объясняла все просто и логично. Рынок — лучшее, что можно придумать для обмена товарами и услугами между людьми, считалось тогда. Если товар хорош, его покупают, цены растут. Если плох — не покупают, цены падают, продавец разоряется.

Но в 1929-м процветание закончилось — начался биржевой, а потом и финансовый крах, Великая депрессия. Словно насмехаясь над теоретиками, считавшими что «рынок все отрегулирует сам», этот рынок полетел вниз по закручивающейся спирали. Только жесткое вмешательство администрации президента Рузвельта спасло страну от окончательного коллапса. Теория саморегуляции рухнула. И что-то должно было прийти ей на смену.

Игры Джона Нэша

Если предельно формализовать проблему, приведшую к биржевому краху, то сведется она к простому, но глубокому вопросу: как мы, люди, делаем выбор? На основании чего решаем продавать акции, когда рынок летит вниз, или покупать их на волне всеобщей эйфории?

Первыми учеными, попытавшимися ответить на эти вопросы, стали «секретные физики» из RAND Corporation, главного «математического завода» Пентагона и других американских спецслужб. Сразу после войны они стали разрабатывать математическую модель ядерной атаки на СССР и ответного удара Советов — с целью максимально снизить жертвы, если ядерная война все-таки случится. И тут ученых ждал сюрприз: оказалось, что созданная ими модель гонки вооружений очень похожа на то, как ведет себя фондовый рынок при обвале. Стало очевидно: тут есть некая общая теория, и эта теория была создана. Главный вклад в нее внес безумный профессор-математик Джон Нэш. Его блестяще сыграл Рассел Кроу в биографическом фильме «Игры разума». Название теории созвучно с названием фильма: «теория игр».

Игры здесь — не ритуалы и не детские развлечения. Игра — это взаимодействие одного из участников с другими, которое может принести ему пользу или вред. Классический пример игры — торговля. Но один из примеров теории игр стал настолько классическим, что именно его используют для понимания того, как работает наш мозг в момент выбора.

Специалисты Бристольского университета (University of Bristol), исследующие привлекательность человеческих лиц, пришли к выводу, что вроде бы вполне очевидное свойство кожи ранее ускользало от внимания «оценщиков».

В эксперименте, проведённом группой доктора Иэна Стивена, 54 участников (белой европеоидной расы) попросили скорректировать цвет кожи 50 мужских и женских лиц так, чтобы они выглядели максимально здоровыми. Учёные намеренно сконцентрировались именно на цвете лица. «В предыдущих работах изучалось в основном влияние таких параметров, как форма лица и текстура кожи, но ведь именно цвет лица — наиболее изменчивая черта»,— говорит Иэн.

Почти все участники увеличивали количество розового и жёлтого цветов, светлоту кожи. Так учёные выяснили, что светлые желтоватые оттенки кожи кажутся испытуемым наиболее здоровыми. «Здоровье и привлекательность — это практически одно и то же»,— поясняет Стивен.

Цвет кожи многое рассказывает о диете человека, предполагают учёные. Если он ест фрукты и овощи, то соответствующие пигментные вещества из растений окрашивают кожу в определённый оттенок.

Так, каротиноиды, придающие плодам жёлтый, оранжевый или красный цвет и причисляемые к антиоксидантам, защищают клетки от разрушения свободными радикалами. Соответственно, человек с желтоватым оттенком кожи, вероятно, питается здоровой пищей и имеет более сильную иммунную систему, а это хорошо для продолжения рода.

Что же касается розоватого оттенка, который тоже пользовался успехом у испытуемых, то его наличие можно объяснить приливом к лицу крови, правильное снабжение её кислородом. Это может быть следствием хорошей работы сердца и лёгких. В пример специалисты приводят излишне бледных диабетиков и курящих — в их коже гораздо меньше мелких сосудов, как следствие кожа выглядит менее розовой.

Впрочем, Стивен и его коллеги не рекомендуют начинать поедать только морковку и бежать в солярий (меланин, вырабатываемый кожей, придаёт ей в том числе и жёлтый оттенок). Во-первых, от излишнего количества пигментов пожелтеет не только кожа, но и белки глаз (доктора посчитают, что такой человек болеет гепатитом, не иначе). Во-вторых, отсутствие в рационе достаточного количества мяса может привести к истощению и анемии (чревато отсутствием розового оттенка).

Кроме того, третьим важным параметром была светлота кожи. «На Западе модно принимать искусственные солнечные ванны, но наше исследование ещё раз показывает, что гораздо полезнее вести здоровый образ жизни и хорошо питаться»,— говорит Иэн.

Статья авторов исследования выйдет в декабрьском номере International Journal of Primatology. Тем временем Стивен отмечает, что его предыдущие, а также последующие эксперименты показали: сделанные ныне выводы будут верны и для других национальностей.

Например, ранее Иэн и его коллеги установили, что темнокожие жители Южной Африки также считают лица с розоватым оттенком более здоровыми. А дополнительные исследования свидетельствуют о том, что то же верно и для желтоватого оттенка, и для светлоты лица.

[ Membrana ]

Газета в американском штате Колорадо сообщает, что на объявленную ею вакансию обозревателя аптек, торгующих марихуаной, претендует более 100 человек — и многие из них готовы работать бесплатно.

Выходящая в городе Денвер газета Westword, позиционирующая себя как «альтернативное еженедельное издание», ищет автора обзора аптек, продающих марихуану, каковых в Колорадо все больше и больше.

Марихуана в США незаконна, но 14 штатов, в том числе Колорадо и Калифорния, легализовали ее продажу для некоторых медицинских целей — обычно в качестве обезболивающего.

Кандидаты должны иметь право приобретать марихуану легально, для чего необходимо подтвердить наличие какой-то болезни, от которой «трава» помогает.

«Оплата будет скудной»,— предупреждает газета в объявлении о вакансии, уточняя, что даже компенсация служебных расходов — например, на приобретение образцов медикаментов — не предусмотрена.

«Помните, что это обзор не качества продаваемых лекарств, а качества заведений,— обращается Westword к кандидатам на должность,— В конце концов, мы не можем допустить, чтобы наш критик все время был обкурен».

В штатах, легализовавших использование марихуаны в медицинских целях, аптеки, продающие это снадобье, переживают расцвет.

Некоторые из них похожи на элитные клиники. Другие больше напоминают наркопритоны.

В них продается более 12 сортов марихуаны, от White Widow до более дорогого Afghan Gold Seal. Отдельные сорта продаются по 130 долларов за унцию (28 граммов).

[ BBC Russian ]

Британская благотворительная организация Community Service Volunteers опубликовала во вторник отчет о том, насколько счастливы жители Соединенного Королевства и что радует людей во время рецессии.

По данным CSV, до 88% британцев чувствуют себя менее счастливыми сейчас по сравнению со временем, когда рецессия еще не началась. Участников исследования спрашивали, что положительно меняет их эмоциональное состояние. Оказалось, что популярные рецепты по поднятию настроения не очень эффективны: только 45% опрошенных чувствуют себя счастливее, занимаясь спортом, всего 32% радуются общению с новыми людьми, лишь 25% чувствуют себя лучше после похода по магазинам.

Гораздо больше упражнений или шопинга людей радуют чистые улицы и парки (53% и даже 60% в некоторых регионах) и чувство, что ты помог соседу или другу справиться с какой-то проблемой (этот показатель составляет 55% и доходит до 67% среди людей старше 65 лет).

Больше половины опрошенных подтвердили, что чувствуют себя гораздо счастливее, когда занимаются волонтерской работой. Кроме понижения уровня стресса, среди других плюсов волонтерства были названы снижение веса, улучшение здоровья и даже сексуальной жизни.

Представитель CSV Джейсон Таннер считает, что данные опроса подтверждают, что счастье — это состояние ума, и оно не связано с вашим финансовым успехом или статусом.

«Просто делая что-то, что может помочь людям — например, испечь для соседей пирог, убрать мусор с улицы, навести порядок в парке — помогает вам увидеть, что жизнь стала немножечко лучше, и от этого вы чувствуете себя гораздо более счастливым»,— сказал Таннер в интервью Русской службе Би-би-си.

Многие волонтеры говорят о том, что работа с другими людьми помогает увидеть собственные проблемы в новом свете. Таннер уверен, что умение помочь кому-то просто так — это возможность не только понять, что твои беды не так уж страшны, но и научиться лучше общаться.

«Когда вы помогаете другим, то учитесь ценить то, что имеете сами и быть благодарными за это нашим друзьям, родным и коллегам. Даже какие-то мелочи, например, уступить кому-то место в автобусе, подарить подарок другу, или просто сесть и поговорить с бездомным, купить ему чашку чаю — все это повысит уровень серотонина в вашем организме и изменит к лучшему ваш взгляд на жизнь»,— сказал Таннер.

Вполне возможно, и вы задавались вопросом: как бы раздобыть денег на свое жилье? Ответ зачастую безнадежно негативный: никак. Вы не одиноки, такой ответ хорошо известен и молодым европейцам. Некоторые из них находят жилье подешевле — правда, в другой стране.

Вопрос вопросов

Тема всеми любимого советского фильма «По семейным обстоятельствам», видимо, никогда не утратит актуальности. В Европе ситуация осложняется тем, что учатся там дольше, чем у нас: диплом университета, как правило, получают в 28 лет — к этому возрасту наш человек уже сделал немало шагов в своей карьере и, возможно, даже располагает некоторыми накоплениями. Пока молодой европейский специалист не почувствует, что встал на ноги, семью не заведет. Тема детей и вовсе откладывается на неопределенное будущее, ведь все это время в ряде европейских стран молодые люди проживают с родителями. Так, итальянцы живут в родительском доме дольше всех — в среднем до 40 лет. Современное поколение тридцатилетних, по всей видимости, рискует эту цифру еще и увеличить: кризис усугубляет и без того невеселую ситуацию.

Согласно данным OCSE (Организация по кооперации и экономическому развитию), итальянец зарабатывает в среднем 16 тыс. евро в год — это меньше, чем в Испании и Греции, а с Германией или Францией и равняться не стоит.

Приняв эту цифру за отправную точку, отдел исследований известной в Италии риелторской сети idealista.it доказал, что купить жилье с такой зарплатой невозможно. Скажем, банальная «двушка» на окраине Милана оказывается недосягаемой, ведь выплаты по ипотеке не могут превышать 40% зарплаты. Исходя из этих расчетов, жилье должно бы стоить на 35% меньше: с имеющейся зарплатой можно купить квартиру за 150 тыс. евро (сумма кредита 120 тыс., на 25 лет, с выплатой по 533 евро в месяц). Снижение цен на жилье на 25% тоже было бы приемлемым, но тогда кредит должен выплачиваться 30 лет. Поскольку в Италии таких чудес ожидать не приходится (в прошлом году цены «подвинулись» лишь на 4–6%), остается только рассчитать цену возможной на сегодня покупки. Итак, с зарплатой примерно в 1300 евро (что очень неплохо для большинства населения) на окраине Милана можно купить 40-метровую студию и расплатиться с банком за 25 лет, выплачивая по 506 евро в месяц, или даже за 30 лет — по 450 евро в месяц.

Нельзя не отметить, что Милан — один из самых дорогих городов Италии, однако и зарплаты здесь самые высокие по стране, да и вероятность найти работу высока, как нигде больше. Но как семье жить в студии? И что ожидать от будущего: как узнать, до какого возраста будет жить с родителями следующее поколение?

Нетривиальное решение

По счастью, для очень многих остается еще одна лазейка: перебраться в город поменьше, где цены за «квадрат» обычно ниже. В большинстве стран Европы в маленьких городах жить даже комфортнее: все близко, можно ездить на работу на велосипеде, а не в переполненном метро; инфраструктура такая же, а воздух чище, и жизнь в целом дешевле. Однако для представителей некоторых профессий этот вариант не подходит, так как в маленьких городах работу по их специальности не найти. В то же время и свой бизнес открыть не всегда просто: рынок очень плотный и новичков не пускает.

Но не будем забывать: наше время — время гибкости, поэтому желающие обрести свою крышу над головой ищут новые подходы. Так зародился новый тренд: покупать жилье там, где сможешь.

Венанцио, 32-летний архитектор из Милана, перебрался в Прагу вслед за своим коллегой, с которым они и открыли студию дизайна. Рынок Праги бурно развивается, и молодые архитекторы получают множество заказов на реконструкцию. Особенно интересно работать с чердаками, которые теперь модно переделывать под жилье.

Когда Венанцио присмотрел здесь квартиру, он не говорил по-чешски, но весь процесс оформления смог доверить итальянским представителям международной риелторской компании. Изначально он думал отремонтировать квартиру и сдавать ее в аренду, таким образом выплачивая кредит. Однако когда она была готова, он решился переехать в Прагу и открыть здесь студию. Его квартира тоже одна из «чердачных», дом расположен в Праге-2 (самый центр), однако 100 кв. м обошлись в 250 тыс. евро, плюс цена ремонта (работа стоит здесь гораздо дешевле, чем в Италии). За эти же деньги он смог бы найти квартирку вдвое меньше на окраине Милана. Венанцио выиграл и в профессиональном смысле: в Милане ему пришлось бы еще долгие годы работать в чужой студии, прежде чем он сумел бы завоевать клиентов и открыть свою.

На время или навсегда?

Ученые утверждают, что в будущем привычная работа «в определенном месте, с 9 до 6» уступит место принципиально новым видам занятости. Многие профессии не потребуют нашего регулярного присутствия в офисе, развивающиеся коммуникации позволят все большему числу специалистов работать удаленно, не покидая дома. Можно предположить, что тогда цены на жилье в мегаполисах и провинции если не сравняются, то постепенно сблизятся. Жить в городах-спутниках тоже станет необязательно: сейчас их существование определяется только тем фактом, что многие их обитатели не могут себе позволить снять или купить квартиру в мегаполисе, к которому привязаны по работе. Поскольку жилье всегда покупают с расчетом хотя бы на несколько лет, а чаще — на десятилетия, есть смысл уже сегодня начинать применять стратегии будущего на практике. Может быть, начать присматривать подходящий для жилья город, чтобы купить дом там, где это проще сделать. А работа приложится.

Марк, 33-летний фотограф из Лондона, отчаялся приобрести дом на родине и решил перебраться в Стамбул. Этот город всегда найдет чем очаровать творческую личность, но для Марка решающим фактором оказалось его географическое положение. Работая на крупнейшее агентство новостей, Марк отвечает за страны Ближнего Востока. Покупать жилье в Бейруте он бы не рискнул, а вот Стамбул оказался удобным аванпостом: отсюда и до лондонского начальства, и до подотчетных стран добираться удобно.

Важным аргументом оказалась и цена квартиры. Расположенная в 5 минутах от одной из центральных площадей, в колоритном артистическом квартале, она обошлась ему в 120 тыс. евро за 90 кв. м. Аналогичная жилплощадь в центре Лондона стоила бы в 7 раз дороже! Сегодня купить жилье иностранцу в Стамбуле не так просто: нужно инвестировать в некую местную фирму, стать ее совладельцем. Однако правила меняются… а жилье в Лондоне вряд ли станет дешевле.

Амели, тридцатилетняя парижанка, купила квартиру в центре Софии за 33 тыс. евро — в Париже она могла бы купить на эти деньги разве что гараж. Амели работает гримером, между одним контрактом и другим она может жить где угодно, а работать ей приходится в разных местах, так что к Парижу ее в профессиональном отношении ничего не привязывало. Полгода она потратила на реконструкцию своей долгожданной квартирки, а закончив ее, с удивлением обнаружила, что цены на недвижимость за это время существенно выросли. Это один из побочных эффектов при покупке жилья в бурно развивающихся столицах Европы. Если когда-нибудь захочется вернуться в Лондон, Париж или Милан, приютивший на время дом всегда можно продать, и скорее всего — с выгодой.

[ Собственник ]

От дефицита общения люди бегут в социальные сети — и там осознают, что они очень одиноки

Андрею Веслоухову на днях исполнилось 28 лет. На день рождения к нему пришли около 50 человек: бывшие однокурсники, друзья детства, коллеги. Веслоухов — удачливый банковский служащий, ему даже в кризис подняли зарплату. У него много знакомых, почти каждую пятницу он ходит в один из столичных пабов, где официантки, уже не уточняя, приносят любимые блюда. В «Одноклассниках» у него почти полтысячи друзей, в «Контакте» — 650, в Facebook — за восемь сотен. Сам Веслоухов говорит, что жизнь у него удалась. Есть только одна проблема: он «очень-очень-очень одинок».

Таких, как Веслоухов, много: по всему миру социологи и психологи сегодня изучают феномен так называемого одинокого общества. В век глобализации и информационных технологий все больше людей чувствуют себя одинокими, и ученые пока не понимают, как с этим бороться. По данным исследователей из американского Университета Дьюка, с 1985-го по 2004 год утроилось число американцев, которые утверждают, что у них нет друзей. И уже каждый четвертый американец живет в абсолютном одиночестве — в 1940 году таких было всего 7%.

В Европе, по данным организации European Community Household Panel, которая занимается исследованием домохозяйств, одиночек с каждым годом тоже становится больше. Растет число испытывающих дефицит общения в Латинской Америке. То же самое и в России.

На сайтах «Одноклассники», Facebook и MySpace собираются миллионы людей, и, кажется, все они знакомы между собой. У каждого найдутся знакомые из школы, института, с двух-трех прежних работ, из соседнего города и несколько из-за границы. Но психолог из Чикагского университета Джон Качоппо уверен, что виртуальные связи только усугубляют ощущение одиночества.

Когда социальные сети появлялись, все ожидали бума живого общения — мол, сейчас все захотят встречаться с подзабытыми знакомыми, начнут налаживать отношения и вообще станут гораздо более открытыми и приветливыми. Поначалу так и было: люди находили друг друга в сети, с радостью встречались в каком-нибудь ресторане, обменивались телефонами и даже несколько раз потом созванивались. «И это все,— говорит менеджер Андрей Веслоухов.— Вернулись в офлайн». Потом все поняли, что в интернете общаться гораздо удобнее, и сайт стали предпочитать телефону даже те, кто раньше ежедневно общался. «Мне даже мама спокойной ночи в „Одноклассниках“ желает»,— смеется Веслоухов.

Дискуссия, готов ли президент Медведев предложить альтернативу путинскому курсу, вновь разгорелась в связи с публикацией интернет-издания «Газета.ру». В эфире Радио Свобода эту тему обсудят известные политики и политологи. Первое интервью — с членом ученого совета Центра Карнеги Николаем Петровым.

— Почему публикация Дмитрия Медведева «Россия, вперед!» появилась именно сейчас и именно в Интернете?

— Письмо, опубликованное сайтом «Газета.ру»,— из серии событий, которые указывают на некоторые изменения представлений Кремля о том, как должна выглядеть политическая система, система управления страной. К предыдущим акциям можно отнести целый ряд статей, включая и статью Глеба Павловского в «Независимой газете», где содержался призыв к бывшему президенту Путину, как к блестящему президенту, отойти в сторону и дать возможность развернуться новому великому президенту Медведеву.

На следующей неделе в Ярославле пройдет международная конференция «Современное государство и глобальная безопасность», в которой примет участие Дмитрий Медведев (в свой день рождения, кстати). Там, в присутствии мировой интеллектуальной элиты, он наверняка сделает какие-то заявления. А сам факт, что его статья вывешена в Интернете и появилась на «Газете.ру»,— это просто дань личным пристрастиям и интересам президента Медведева.

— Наверное, этим подчеркивается открытость молодого президента России новой аудитории? В Интернете, кстати, разворачивается довольно живая дискуссия по поводу того, что сказал Дмитрий Медведев. Он производит на вас впечатление глубокого политического мыслителя?

— Честно говоря, пока нет. Непонятно само время этой публикации. Статья, которую логично было бы ожидать до того, как Медведев стал президентом, сейчас, в середине его президентского срока, выглядит немного странно. Мне всегда казалось (и это подтверждает статья), что Медведев силен, когда нужно достаточно жестко, иногда критично оценить нынешнюю ситуацию, высказаться по поводу бюрократической системы и ее огрехов. Он может нарисовать какие-то светлые горизонты. Но пока мы от него ничего не слышали по поводу возможности перейти от плохого настоящего к лучшему будущему. Хотя именно это должен предлагать президент.

Он — человек, который может сказать что-то интересное, острое в дискуссии. Но эти качества хороши для просто интеллигентного человека на кухне, а от президента требуется все-таки предложение каких-то конкретных шагов и механизмов, чего пока мы не видим.

— В команде президента нет людей, которые способны конкретно сформулировать пути решения проблем, а не сами проблемы?

— Мне кажется, что это, собственно, и является главной проблемой: у президента нет команды, о которой вы говорите. Его команда — пиарщики, люди, которые могут что-то хорошо сформулировать для вбрасывания в общество некой идеи. Но я не вижу пока команды, которая разрабатывала бы конкретные планы по реализации предложенных идей. И в этом коренное отличие первого срока президента Медведева от первого срока президента Путина. У Медведева нет ничего, подобного Центру стратегических разработок — интеллектуальному штабу, который привлекал бы широкий круг экспертов и разрабатывал бы реальные планы.

— Почему?

— По-видимому, такого рода действия не предусмотрены той функциональной ролью, которая отводилась Медведеву в рамках нынешнего властного тандема. Соответственно, и подготовка к этим действиям не планировалась.

— Мне кажется, в статье «Россия, вперед!» есть попытка представить некое глобальное понимание мира. При этом искусственно сшиваются суровой ниткой понятия, которые, с точки зрения формальной логики, не имеют много общего. Например, Дмитрий Медведев пишет: «Народ, победивший жестокого и очень сильного врага в те далекие дни (имеется в виду нацистская Германия — А. Ш.), должен, обязан сегодня победить коррупцию и отсталость, сделать нашу страну современной и благоустроенной…» Потребовалось подвязать славную историю под решение каких-то сиюминутных задач? Это корректно с политологической точки зрения?

— Здесь надо смотреть не с политологической, а с имиджмейкерской точки зрения. Именно в этом заключается главная функциональная роль президента Медведева: использовать все имиджевые возможности и апеллировать ко всем более или менее крупным группам, затрагивая проблемы, которые их волнуют. Это нормально для кандидата в президенты, который боится отпугнуть избирателей и поэтому строит свою речь так, чтобы и ветеранов привлечь, и военных, и тружеников села, и городских жителей. При этом важно не сказать ничего такого, что могло бы кого-то отвратить.

Я бы обратил внимание на некоторое смысловое противоречие интернет-статьи Медведева. С одной стороны, он достаточно жестко критикует модернизацию по Петру Первому и по Сталину, говоря, что за те модернизации была заплачена колоссально высокая цена. С другой стороны, в том, что он предлагает, вполне можно усмотреть новый вариант сталинской модернизации. Вместо того чтобы говорить, как сделать систему управления страной более эффективной, не мешающей бизнесу и гражданам развиваться так, как они сами хотят, президент считает нужным снова обозначить какие-то главные крупные программы и их реализовывать. Вместо ядерного проекта — что-то новое… То есть, опять речь идет об амбициозных проектах, которые служат скорее возвеличению государства и власти, чем интересам каждого конкретного индивида, к которому, собственно, апеллирует президент.

— Эта статья написана в таком, я бы сказал, «путинском вакууме»: нет ссылок на Владимира Путина — кроме указания на то, что Россия, кем-то неведомым «собранная» (так выражается Дмитрий Медведев) в минувшее десятилетие, теперь работает. Нет апелляции к Путину, к правительству, нет разговоров о команде, которая совместно решает задачи… Какие из этого можно сделать выводы?

— Все выводы, которые делают эксперты по конспирологии, заключаются в том, что предлагается некий размен. Роль Путина и того, что было сделано под его руководством, не ставится под сомнение и не критикуется. Путин сохраняет свое место в истории как президент, который внес колоссальный вклад в развитие страны, во вставание ее с колен и так далее. Взамен ему предлагают отойти и дать возможность реализовать, по сути дела, те подходы и концепции, глубоко, на мой взгляд, ошибочные, которые были приняты в конце второго президентского срока Путина и которые, собственно, устанавливают жесткий коридор, слишком тесный сейчас, в условиях кризиса.

— Интернет-статья добавила что-то новое к психологическому портрету Дмитрия Медведева?

— Я не знаю, насколько лично Медведев приложил руку к этому письму, по крайней мере, наверное, он его смотрел и правил. Я бы сказал, что любопытен сам жанр. В прошлогоднем президентском послании, где содержалась, кстати, очень жесткая критика бюрократической системы, президент обращался к политической элите. А сейчас перед нами такой умный, рефлексирующий и заботящий о подданных добрый царь, который, по сути, через голову бояр обращается к каждому гражданину — с тем, чтобы мобилизовать народ на реализацию каких-то новых, задуманных им самим или Кремлем, проектов.

[ Радио Свобода ]

Американские блоггеры накануне начали общественную кампанию по стихийному переводу статьи о России, которая была опубликована в американской версии журнала GQ, но изъята из российской версии издания.

Статья Скотта Андерсона посвящена расследованию террористических актов в России в конце 90-х и основана на интервью с бывшим сотрудником российских спецслужб Михаилом Трепашкиным, который рассказал американскому журналисту о причастности ФСБ к взрывам жилых домов в Москве и Буйнакске.

Первыми тревогу в США забили журналисты Национального Общественного Радио (NPR). После того, как стало ясно, что журнал GQ ни под каким видом не хочет, чтобы в России увидели опубликованную в сентябрьском номере статью, NPR обратилось к менеджменту издания за комментариями.

Комментариев не последовало, удалось только выяснить, что 23 июля один из ведущим адвокатов кампании Джерри Биренц отправил руководству медиа-холдинга и редакторам GQ письмо со следующими инструкциями: «Руководство Conde Nast приняло решение, что сентябрьский номер американской версии GQ со статьей Скотта Андерсона „Владимир Путин — темное восхождение к власти“ не должен распространяться в России».

Согласно инструкциям Биренца, статью также нельзя было публиковать на веб-сайте журнала, а также посылать копии GQ в Россию или показывать ее российским чиновникам или журналистам. В дополнение к этому, строго запрещалась перепечатка статьи в любых изданиях медиа-холдинга за границей или какая-либо реклама этого материала в самом журнале.

Цензура по-американски

Корпорация Conde Nast Publications — один из крупных издательских домов в США. Помимо GQ, она выпускает такие популярные журналы как New Yorker, Vanity Fair и Vogue. В России холдинг владеет также модными журналами Тattler и Glamour.

Руководство организации отличается исключительной дотошностью в редактировании своих изданий. Накануне в New York Times был опубликован материал под названием «Сможет ли Си Ньюхаус сохранить гламурность Conde Nast?». В материале шел разговор о стиле управления журналами одного из главных менеджеров Си Ньюхауса, который, не доверяя редакторскому составу предпочитает лично перепроверять каждую версию подписанных в печать журналов, будь то глянцевый журнал для невест Brides или порой менее безобидный GQ.

По мнению New York Times, Ньюхаус «как прилежный лавочник, по прежнему вручную пересчитывает количество рекламных страниц в своих журналах и в изданиях конкурентов, даже несмотря на то, что только в США количество журналов издательского дома составляет 26». По аналогичной схеме в Conde Nest налажена работа и с интернетом.

Впрочем, в то время практика изъятия из интернет-версий изданий самых кассовых статей, для того, чтобы повысить продажи бумажных версий журналов для Conde Nast является обычной, случай со материалом Скотта Андерсона в США называют исключительным.

Откровения российского агента

По словам самого журналиста, тема статьи о России, которую редакторы GQ заказали журналисту, никогда не была тайной для менеджмента. В сентябре 2008 года Андерсон приехал в Россию и провел журналистское расследование, посвященное серии взрывов в России в 1999 году, которые по официальной версии считаются террористическими акциями чеченских боевиков.

В основе расширенного шестистраничного материала в GQ интервью Андерсона Михаилом Трепашкиным — бывшим сотрудником спеслужб, который проводил расследование взрывов, а потом был отстранен от дел и провел несколько лет в заключении. Организация Amnesty International в свое время назвала обвинения, вынесенные Трепашкину, несправедливыми и политически мотивированными.

Скотт Андерсон охарактеризовал Трепашкина как человека, который «четыре года провел в тюрьме по глупым обвинениям, ставших прямым результатом расследования, которое он проводил по факту взрывов».

«Сейчас его выпустили,— сказал Андерсон в интервью NPR, но ясно, что он живет под постоянным прицелом. Удивительно, что он по-прежнему готов говорить».

«Хуже всего в этом ситуации то,— продолжает журналист,— что наконец вроде бы у него появилась возможность высказаться и поделиться тем, что он знает, однако теперь делается все возможное, для того, чтобы это замолчать».

В стиле GQ

Скотт Андерсон говорит, что для него до сих пор остается загадкой решение руководства GQ. «Внезапно стало ясно, что несмотря на решение опубликовать материал, они прилагают максимум усилий для того, чтобы как можно тщательнее скрыть от аудитории факт этой публикации»,— недоумевает журналист.

На обложке сентябрьского GQ, действительно, нет даже упоминания о статье «Владимир Путин — темное восхождение к власти». Вместо этого на ней портрет Майкла Джексона, реклама интервью с женой звезды тенниса Энди Родика и рейтинг самых пьющих городов.

На просьбу журналистов объяснить происходящее официальный представитель компании Conde Nast Мари Перл отказалась комментировать на меры принятые менеджментом по поводу конкретной статьи, но заявила, что компания «принимает во внимание законы и проблемы тех стран, в которых выходят журналы издательского дома».

Адвокат и профессор медиаэтики в университете Миннесоты Джейн Киртли, считает, что позиция Conde Nast не имеет никакого отношения к прагматизму или профессиональным принципам.

«С одной стороны, их попытку не навлекать на себя гнева российских властей и продолжать делать бизнес в стране можно понять,— подчеркивает Киртли в интервью NPR,— однако с другой стороны ясно, что эту статью в России все равно получат и прочитают. Со стороны руководства компании было бы наивно полагать, что ограничение публикации материала только американским изданием сможет предотвратить его распространения в более широких кругах».

Кроме этого, Киртли считает, что издательский дом Conde Nast нарушил элементарные законы журналистской этики.

«Одна из основных обязанностей новостной организации — предоставить возможность быть услышанными тем, кого пытаются заставить молчать и с достоинством выходить из неприятных ситуаций, связанных с такими публикациями» — подчеркивает адвокат.

[ BBC Russian ]

[ 4chanarchive.org ]

Чарлз Фрек, подавленный тем, что происходит со всеми его знакомыми, решил покончить с собой. В кругах, где он вращался, покончить с собой было проще простого: берешь большую дозу «красненьких» и, отключив для спокойствия телефон, глотаешь их с дешевым винцом.

Главное — запланировать, как обставить смерть, какие иметь при себе вещи. Чтобы археологи, которые найдут их позже, смогли определить, к какой социальной прослойке ты принадлежал. И чем в последний момент была занята твоя голова.

На отбор вещей Фрек потратил несколько дней — гораздо больше, чем понадобилось, чтобы прийти к решению покончить с собой. Его найдут лежащим в постели с книгой Айн Ренд «Источник» (доказательство того, что он был непонятым гением, отверженным толпой и в некотором роде убитым ее презрением) и с незаконченным письмом, протестующим против взвинчивания цен на газ. Таким образом, он обвинит систему и достигнет своей смертью чего-то еще, помимо того, чего достигает сама смерть.

Говоря по правде, он не очень ясно представлял себе, чего достигает смерть, так же, как и то, чего достигнут эти два артефакта. Так или иначе все определилось, и он стал готовиться, как зверь, нутром почуявший, что пришел его конец, и инстинктивно выполняющий программу, заложенную от природы.

В последний момент Чарлз Фрек решил запить «красненькие» не дешевым винцом, а изысканным дорогим напитком. Поэтому он сел в машину, отправился в магазин, специализирующийся на марочных винах, и купил бутылку «Мондави Каберне Совиньон» урожая 1971 года, которая обошлась ему в тридцать долларов — почти вся его наличность.

Дома он откупорил бутылку, насладился ароматом вина, выпил пару стаканчиков, несколько минут созерцал свою любимую фотографию в «Иллюстрированной энциклопедии секса» (позиция «партнерша сверху»), затем достал пакетик «красненьких» и улегся в кровать. Он хотел подумать о чем-нибудь возвышенном, но не смог — из головы не выходила партнерша. Тогда он решительно проглотил таблетки, запил стаканом «Каберне Совиньон», положил себе на грудь книгу, незаконченное письмо и стал ждать.

Увы, его накололи. Таблетки содержали вовсе не барбитураты, а какой-то странный психоделик, новинку; таким он еще не закидывался. Вместо того, чтобы тихо умереть от удушья, Чарлз Фрек начал галлюцинировать. Что ж, философски подумал он, вот так у меня всю жизнь. Вечно накалывают. Надо смириться с фактом — учитывая, сколько таблеток он глотанул,— что его ждет глюк из глюков.

Следующее, что он увидел, было явившееся из иных измерений чудовище. Оно стояло у кровати и смотрело на него с неодобрением. У чудовища было несметное множество глаз по всему телу и ультрасовременная, супермодная одежда. Оно держало огромный свиток.

— Ты собираешься зачитывать мои грехи,— догадался Чарлз Фрек.

Чудовище кивнуло и распечатало свиток.

— И это займет сто тысяч часов,— закончил Фрек, беспомощно лежа на кровати.

Уставившись на него всеми глазами, чудовище из иных измерений сказало:

— Мы покинули бренный мир. В этой Вселенной такие низменные материальные понятия, как «пространство» и «время», лишены смысла. Ты вознесен в трансцендентальную область. Твои грехи будут зачитываться тебе вечно. Списку нет конца.

Надо лучше знать своих поставщиков, подумал Чарлз Фрек.

Тысячу лет спустя он все так же лежал в постели с книгой Айн Рэнд и письмом на груди, слушая, как чудовище перечисляет грехи. Шли грехи, совершенные в первом классе, когда Чарлзу Фреку было шесть лет.

Десять тысяч лет спустя чудовище добралось до шестого класса; в тот год Чарлз открыл для себя мастурбацию.

Он смежил веки, но это не помогло. Он по-прежнему видел перед собой огромное существо с множеством глаз, оглашающее бесконечный список.

— И далее… — зачитывало чудовище.

Что ж, подумал Чарлз Фрек, по крайней мере раз в жизни я выпил приличного вина.

[ Филип Дик. «Помутнение» ]

Джеймс Кунстлер, автор бестселлеров The Long Emergency и World Made by Hand

Как-то я давал лекцию в офисе Google. Поразился вере этих ребят в себя и свои технологии. За этой верой ничего не стоит, кроме умелой работы с пикселями. Всемогущество технологии — иллюзия.

Мне приписывают, что я считаю альтернативные источники энергии бесполезной затеей. Это не так, я в курсе последних разработок. Но Wal-Mart, Walt Disney и хайвеи не смогут работать на любой из комбинаций солнечной, ветряной, ядерной, этанольной и биодизельной энергий. Всех этих источников не хватит для поддержания нашего стиля жизни. Сторонники альтернативной энергии не просчитывают последствий нефтяного кризиса даже на пару шагов вперед. Возьмем, к примеру, биоэтанол. Чтобы вырастить растения для него, необходимы огромные сельскохозяйственные площади. Возделывать их придется с помощью животных во имя экономии топлива, иначе на топливо для парка техники уйдет большая часть урожая. Но замкнутого круга все равно не избежать: для прокорма возросшей популяции лошадей и быков вам понадобится засеивать все те же огромные площади угодий. Земли элементарно не хватит. Энергетическая катастрофа неизбежна.

Из-за роста цен на энергоносители мы уже вошли в зону перманентного чрезвычайного положения. Финансовая система разрушена. Дефицит капитала вскоре ударит по производству еды, торговле, строительству. В Штатах мы видим закат эры массового «моторинга» и коммерческой авиации. Скоро все будет куда серьезнее, вплоть до испытания голодом. Население Земли, оказавшись на голодном пайке, должно будет уменьшиться.

Каждый из нас столкнется с резким снижением уровня жизни. Американцы в большей степени. Пригороды — крупнейшая в мире трата энергоресурсов в никуда. Пригород эффектно обанкротил Америку и поставил США в зависимость от остального мира. Европейские города с их живыми центрами и скученной застройкой будут жить в бестопливные времена лучше, чем американские метроплексы. Чем более развит в городе общественный транспорт, тем выше у этого города шансы на выживание. Жители Барселоны и Дюссельдорфа смогут передвигаться по городу, в отличие от жителей Далласа и Миннеаполиса, которым придется сидеть в своих домах и доедать содержимое холодильников. Россия с ее запасами нефти сможет продержаться какое-то время, сохраняя стиль жизни своих граждан. Лишние пару лет.

Экономика в новом мире будет аграрной, а стиль жизни оседлым. Уже к 2015 году большинству из нас станут не по карману международные перелеты, и туризм как индустрия умрет. Наступит общество падальщиков, ведь новых продуктов не появится. Более того, например, проигрыватели, поедающие энергию, отомрут, и вновь появится живая музыка, народные театры. Мы вернемся к физическому ремесленному труду. Это будет мир, сделанный руками, а не машинами. Разрушением социальной арматуры воспользуется церковь — храмы опять станут центром жизни сообществ. Хотя эта эпоха вряд ли кого-то заставит поверить в бога по-настоящему.

Если вы живете в маленьком городе, советую налаживать контакты с соседями уже сейчас. Через несколько лет доброжелательное и работящее окружение станет жизненно важным — эти люди определят, будете вы сытым или голодным.

Безостановочный инфотейнмент и рекреационный шопинг питаются нефтью. Когда углеводороды кончатся, мы станем умирать там же, где родились, прожив жизнь без путешествий, зато полную тяжелого физического труда.

[ журнал «Секрет Фирмы», № 7 (288) от 06.07.2009 ]

[ Компьюлента ]

Когда я впервые приехала в Швейцарию, свёкр устроил мне экскурсию по своему дому. В подвале меня поджидал сюрприз: в углу чистенького абсолютно пустого бетонного подвала находилось… настоящее бомбоубежище. Все дома, построенные в шестидесятые годы, обязаны были иметь бомбоубежище — без этого здание не принимали к эксплуатации.

Впервые об уровне швейцарской боевой готовности я услышала от знакомого голландца, выросшего в Швейцарии.

«Швейцария — очень милитаризированная страна», — рассказывал голландец, восседая перед кастрюлей мирного швейцарского фондю из сыра, — «В швейцарских автобусах можно часто увидеть военных с оружием, возвращающихся с учений на выходные домой. У них всеобщая воинская повинность…»

Хотя до этого разговора я была хорошо знакома со знаменитыми ножами и часами с логотипом Swiss Army, они как-то не заставляли меня задуматься о существовании швейцарской армии. Товарный логотип нельзя воспринимать всерьёз: в США есть одежда марки «Старый флот» (Old Navy), никакого отношения ни к старым, ни к новым военно-морским силам не имеющая.

Однако, как оказалось, складные ножи, выпускающиеся под маркой Swiss Army фирмами Victorinox и Wenger, имеют к Швейцарским Вооружённым Силам самое непосредственное отношение: эти компании по военному заказу действительно снабжают швейцарских солдат ножами — правда, несколько отличающимися от своих «коммерческих» собратьев. На военной модели отсутствует штопор, а на месте стилизованного логотипа красуется швейцарский герб.

[ The Register ]

Мне не нравится, когда девушки начинают натягивать на себя какие-то доводы в пользу самодостаточности, независимости, говорить что-то про эмансипацию, феминисток прикручивать для аргументации — короче пороть откровенную чушь, чтобы… что бы что? Зачем сейчас многие милые, хорошие и такие, казалось бы, приятные во все отношениях, девушки, корчат из себя неприступную стерву, хладнокровную и расчетливую мадмуазель, гордо неся пущенный в спину плевок «сука» как орден за заслуги перед отечеством? К чему эта силоволевая броня, ехидно-циничные мордочки и невозмутимо равнодушные поступки-отказы? Иногда мне кажется, что девушек недолюбили, иногда — что заебали, так как что-то с нами, дамами, последнее время не так. Все чаще сталкиваюсь у себя и у подруг с истериками, истеричными припадками какой-то необоснованной, но очень чувственной агрессии, нападками на мимо проходящих без повода, прочую дурь… ПМС? Один мой друг даже в аське иногда пишет, мол, де поговорим, когда пройдут, да вот только что-то, чем больше живу, тем дольше эти припадки длятся, и чаще и хуже и добром не кончается.

Собственно к чему я это?

Ох, села я тут вечером, подперла ладошкой щеку румяную и задумалась, ах как было бы славно иметь детей. Сына. Вот, знаете ли, совершенно никогда не хотела дочку, а вот сына — очень. Чтобы был до одури похож на папочку, и чтобы любить его и как своего ребенка, и как частичку его отца. Еще более приятно было вспомнить удивительные речи молодого человека, не в пример здраво рассуждающего о семье и детях, рассуждающего не в угоду баловливо настроенной мне, а вообще — на полном серьезе. Вспомнить свое недоверчивое удивление и какую-то отчаянную бешенную даже искорку, в которую враз сжалось все существо и метнулось туда, к нему, к любимому, к тому, кто не просто убережет, но и сбережет, оборонит и приласкает, ну и на место конечно иногда меня, капризную, поставит, но тот самый Он, про которого все реже шепчутся и сплетничают дамы, разучившиеся верить в принцев и прочие несуществующие идеалы. Мы, дамы, так страшно запрещаем себе верить, доверять и вверять себя кому-то, что я удивляюсь, как у нас еще не отросли яйца в погоне отрицать свою женскую природу, ровняясь на мужчин. Можно подумать, уподобляясь какому-то архетипу независимого бабыля и бабника, убежденного холостяка, живущего в свое удовольствие одним днем, мы не ошибаемся. Ошибаемся и отрицая свою природу, и ошибаемся в мужчинах, на которых ровняемся, как на независимый и невозмутимый монблан. Можно подумать они не люди и им не хочется пригреться уже на какой-нибудь родной единственной груди. Села я тут вечером, пригорюнилась. Мне одной хорошо: никогда не было с собой скучно, плохо или одиноко, и чем больше я с собой коротаю жизнь, тем больше убеждаюсь в прелести этого состояния — никто не обманет, не предаст, не оплошает в твоих опрометчивых надеждах. Самой перед собой ответ держать гораздо проще потому, что сами себе мы прощаем все, что никогда бы не простили кому-то другому. Пригорюнилась и вспомнила одного, другого, третьего (сколько их было) и вспоминала, что чем дальше, тем меньше мне кто-то нужен был, скорее наоборот — не нужен никто. А это — дурь и ересь, самая страшная и коварная, которая утешает как опий.

А сыночку-то хочется. Вот только… как-то все за свободные отношения, за материальную стабильность для начала, а то и вовсе не уверены в завтрашнем дне — сейчас хорошо и ладно. А женщина она вперед думает не потому, что склонна в загс затащить, а потому, что заранее боится. Ох, проблема у нас, дам, с этими заранее. Встречая парня мы уже заочно взвешиваем его проявленное к нам внимание с гипотетическим нашим, женским, которым бы мы его обласкали и окружили, дай он только добро на светлое будущее — и разумеется любой проиграет своим чувством текущего дня супротив нашего потенциального, с годами накопленного и нерастраченного тепла. Расставаясь с парнем, я каждый раз со смехом выносила итог: тот, кто попадется мне следующим, утонет в ласке и нежности, так как, учась на ошибках, все реже подпускаешь к себе людей, но уж если и подпустишь, то точно утопишь в заботе и внимании. Лишь бы он уверил, что он тот самый, который навсегда ну или хотя бы надолго… ан нет. Никто тебя милая в этом убеждать не станет, и хрен знает почему. Я не могу судить о мужчинах, у них аргументы, которые для меня совсем не доводы. А женщина хочет себя уже наконец-то отдать, всю, целиком, да возьми же ты только, разреши только тебе создать и уют и тепло, да она за тобой как проклятая будет носиться и обхаживать, разреши, поддакни ты только, что да — да. А хуй. Ну, в смысле, хуй — единственное благо, что нам светит.

Отвлеченно: дамы, вспомните, как в первый раз в вас кончали без резины. А? Во-от!

И в один совсем не прекрасный момент вся эта накопленная сдерживаемая женская «женственность» бьет нам в мозг, превращая в истеричек, которые плачут, мечутся, бросаются на грудь и в ноги, хватают за руки одного и убегают от другого, мечутся, натыкаются на стены из людей, которые потеряли ценность и необходимость… видали таких? Вряд ли, молча и это мы в себе держим. Вы видали только остервенелых сук, которые оторвут вам причендалы просто по приколу. Не доводите до греха, разрешите нам быть женщинами, просите нас быть женщинами. Чесслово, мужчины бы в ласке тонули.

[ ITDalee @ LiveInternet.ru ]

[ Ведомости ]

[ BBC ]

Пожалуй наиболее известной надписью в Центральном Разведывательном Управлении США, штаб-квартира которого располагается, как мы все знаем, в Ленгли — штат Вирджиния, являются библейские слова выщербленные в мраморе главного холла: «And ye shall know the truth, and the truth shall make you free» (И да узришь ты истину, и истина сделает тебя свободным, Иоанн 8:32) Однако в последние годы, другой текст стал предметом всеобщего ажиотажа и интереса; текст, являющийся квинтэссенцией всего происходящего в стенах ЦРУ — это 865 символов кажущихся абсолютной бессмыслицей, выдавленной в медном листе толщиной 1,3 см.

Инсталляция Kryptos, созданная человеком по имени Джеймс Санборн (James Sanborn), обосновалась при дворе ЦРУ в уже далеком 1988, когда за основным зданием началась постройка нового и более современного офиса. Агентству нужна была уличная скульптура между двумя постройками, поэтому выбор пал на образец искусства «для всех», который на самом деле никто и никогда не сможет «увидеть». Санборн не просто так назвал свое творение греческим словом «скрытый», ведь эта работа — ярчайшая иллюстрация скрытности, тайности, интимности и иллюзорности человеческой жизни, текст которой является одним из самых идеальных кодов на сегодняшний день.

Несмотря на то, что с момента установки прошло 20 лет, текст послания все еще далек от расшифровки. Мировое сообщество криптоаналитиков, наравне с работниками ЦРУ и ФБР, за все это время разобрали только первые три секции из четырех. Как ни странно — это ни на йоту не приблизило их к конечной цели, ведь острая проза, открывающаяся после дешифровки, делает загадку еще более запутанной. До сих пор не расшифрованными остаются 97 символов последней части (известной как К4), и чем дольше продолжается этот «забег», тем больше люди сходят с ума от бессилия.

И на то есть определенные причины. Вне зависимости от того, как тот или иной человек воспринимает сам Kryptos, он есть воплощение природы ЦРУ — ведь он был создан именно для того, чтобы показать всем и каждому, почему тайны и уловки так завораживают нас.